Вживе убедились, насколько вежливая просьба и пистолет убедительнее, чем просто вежливая просьба.
Почти всю минувшую неделю соавторы провели на Ладоге. Рыбалка, шхеры, острова; с погодой невероятно повезло…
Всё, словом, замечательно, но один инцидент настроение всё-таки подпортил. Впрочем, насколько подпортил, настолько же в конце концов развеселил.
Стоим на островке, стоянка маленькая, палатка в нескольких шагах от воды. Утро, легкий ветерок, солнце припекает. Сидим, мирно пьем кофе, наслаждаемся покоем.
Насладились, как же!
К стоянке подгребает лодка, в лодке — бухая спозаранку компания: три бычка и шлюшка-малолетка. Понятно, то народ не столько порыбачить выехал, сколько пьянку пьянствовать, шлюшку на троих попялить, приключений поискать.
Что называется — на здоровье, лишь бы впрок пошло; но мы-то здесь причем?!
Ни фига. Высаживается эта компания на нашу стоянку. Один баллон из-под «Охоты крепкой» к очагу швыряет (нашел помойку!); второй, не стесняясь, начинает ссать в Ладогу (как раз в том месте, где мы воду для готовки набирали); третий удочку забрасывает. Ни здрасьте, ничего; нас как будто нету.
Может, народ чего не понимает, думаем.
Подходим, объясняем: ребята, так не принято. Видите же — стоянка занята. Хотите пристать именно к этому острову — отойдите метров на десять-двадцать в сторону и причаливайте. Между прочим, рядом вон вообще свободный остров есть, да и других пустых стоянок до фига…
Народ реальности не видит.
То ли они в самом деле идиотики, то ли попросту заводку ищут: «Вы, бля, этот остров не купили! Где хотим, там и причаливаем, а ваше дело в палатке сидеть, не высовываться и не выёбываться!»
Мы — люди мирные, особенно на Ладоге, но некоторые вещи не спускаем.
Вежина расстегивает кобуру (под полой ветровки ее видно не было), Дайнека отщелкивает кнопку-держалку на ножнах…
 

Бычки, хоть и бухие, явно начинают понимать, что напоролись они отнюдь не на парочку малахольных интеллигентов, которым плюнь в глаза — утрутся не поморщатся.
Пришли бычки на мясокомбинат…
Характер разговора меняется в режиме «поворот всё вдруг»: «Не, в натуре, ну можно же культурно объяснить! Бля, мы ж русские, бля, люди!»
Русские они, изволите ли видеть…
Удивительно, как легко под дулом пистолета быдло вспоминает, что «можно всё культурно объяснить», что «мы все люди русские»; ключевая фраза здесь — под дулом пистолета.
Короче, заставили придурков извиниться, за собой прибрать и выкинули с острова.
— Они еще сегодня точно огребут! — даже не предположила — констатировала Вежина.
Как в воду глядела, что в общем-то немудрено — воды вокруг достаточно…
Убралась эта компания на соседний островок. Там придурки явно заскучали — выебнуться-то не перед кем. Так что погребли они дальше приключений на свои задницы искать. Зашли за мысок на Кильполе… ну да не суть, нам-то что — убрались и убрались. Правда, спустя некоторое время где-то там стрельнули пару раз, но это дело обычное: Кильпола — остров большой, туда не только на рыбалку, но и на охоту люди выбираются.
Ладно, дело к вечеру.
За день мы удачно отловились, уху спроворили. Сидим, оттягиваемся.
Подходит к нашей стоянке мотора с двумя мужиками.
— Привет, соседи, — говорят. — Вы, случайно, солью не богаты? А то мы свою вчера по пьянке в воду опрокинули!
— Поделимся, с запасом взяли, — отвечаем.
Отсыпали им соль, о рыбалке потрепались; слово за слово:
— Это до вас с утра три клоуна с мандавошкой доёбывались? — мужики интересуются.
— Было дело, — отвечаем. — А что?
— А они потом у нас под боком собирались встать.
— Ну, и?..
— Ну и на хуя нам это удовольствие — с таким говном поблизости стоять? Мы, — говорят, — разборку вашу слышали. Что нам, по второму разу, что ли, объяснять? Взяли и шмальнули из «Сайги»: один раз в воздух, второй раз — под корму, чтобы гребли быстрее… — И веско резюмировали: — Не хуй тут таким!
……….
И это правильно.